НЕИЗВЕСТНЫЙ ДРЕНЯКИН

В прошлом 2012 году исполнилось 130 лет со дня выхода историко-статистического очерка А. Дренякина «Белгород с уездом» - одного из первых белгородских краеведческих изданий. В Белгородской энциклопедии, под редакцией В.В. Овчинникова, автору очерка посвящена небольшая статья, где он назван Алексеем, по роду занятий являвшийся археологом, без указания дат жизни и смерти. Так кто же он автор этого очерка, подаривший нам свои знания по истории родного края?

Поиски ответа на этот вопрос привели к неожиданным результатам: имя автора – Александр. Он являлся младшим сыном полковника Максима Тимофеевича Дренякина, памятное надгробие которому сохранилось до наших дней и установлено в Белгороде во дворе школы № 15. А ведь 150 лет тому назад Александр Максимович Дренякин был в центре внутриполитических событий России, в круговороте таких имен, как Николай I, Александр II, граф Муравьев-Виленский, Герцен. Решительность его действий сделала его фамилию Дренякин в XIX веке нарицательным именем, а известный идеолог анархизма М.А. Бакунин, подчеркивая серьезность намерений, называл себя «Дренякин II».

В прошедшем году была памятная дата не только первого выхода очерка, но и 200 лет со дня рождения автора. Предание забвению имени автора привело к тому, что юбилейная дата рождения была не отмечена.

Интернет-версия статьи «Неизвестный Дренякин», опубликованной в газете «Наш Белгород» № №35, 36 ( 22 и 25 мая 2013 г.).

Род Дренякиных
Белгородский дворянский род Дренякиных ведет свое начало от прапорщика белгородского гарнизона Тимофея Дренякина, родившего и воспитавшего трех достойных сыновей своего Отечества – Ивана, Максима, Василия. Все три брата добились успехов в военном деле и после службы вернулись в родной город. Старший сын Иван Тимофеевич Дренякин (1767 г.р.) – генерал-майор с 1804 г., служил по 1822 г., холост. Василий Тимофеевич Дренякин (1782 г.р.) – генерал-майор с 1826 г., на службе по декабрь 1834 г. Он имел два сына и четыре дочери: Дмитрия, Николая, Надежду, Анну, Дарью и Марию. Сыновья, продолжая традиции, несли военную службу. Майор Дмитрий Дренякин служил в Тверском драгунском полку, принимал участие в Крымской войне 1854-55 гг., был тяжело ранен. В 1870 г. Белгородской земской управой избирался мировым судьей, в 1871 г. – почетным мировым судьей, в 1874 г. – председателем Белгородской земской управы. Второй сын Николай – значился капитаном в 1854 г., служил в Бородинском егерском полку.
Максим Тимофеевич Дренякин (1770-1851 гг.) – полковник, награжден боевыми наградами, был несколько раз тяжело ранен, а в 1807 г. лишился от картечного выстрела полностью правой руки. Имел семью: жена Мария Петровна, сыновья Петр и Александр, дочь Прасковья. Максим Тимофеевич пользовался всеобщим уважением, «следил за воспитанием и образованием своих детей. Сыновей готовил в военную службу, приучал ездить верхом, стрелять из пистолета». Старший сын Петр – полковник, выпускник 1829 г. Николаевского кавалерийского училища, участник Польской кампании 1831 года. Был женат, имел сына Владимира и двух дочерей Веру и Надежду.
Младший сын Максима Тимофеевича – Александр является самой выдающейся личностью из этого рода, став не только военным, но и государственным деятелем.
Военная служба
Александр родился 30 мая (по старому стилю) 1812 г., воспитывался в школе гвардейских подпрапорщиков, на службу поступил в августе 1829 г. подпрапорщиком лейб-гвардии Измайловского полка из пажей Двора Его Императорского Величества, в 1831 г. принимал участие в Польской кампании.

Взятие Варшавы 1
Взятие Варшавы
Первая награда А.М. Дренякина - медаль "За взятие Варшавы", полученная за участие в Польской компании 1831 г.
В начале 1839 г. он уволился из военной службы «по домашним обстоятельствам» в чине штабс-капитана, но через четыре года вновь возвратился в свой полк в чине поручика, в ноябре 1844 г. утвержден полковым адъютантом. С тех пор его военная карьера строится успешно – награжден орденами Святой Анны 3 и 2 степеней, а 11 июня 1850 г. в звании капитана назначен флигель - адъютантом свиты Николая І с оставлением при прежней должности.

Флигель-адьютант Дренякин
Флигель-адьютант А.М.Дренякин. Акварель, хранившаяся в музее Л.-Гв.Измайловского полка.
Флигель-адъютант при императоре – свитское звание, являлось почетным и давалось параллельно обычным воинским званиям. Флигель-адъютант являлся исполнительным порученцем, грамотным и опытным специалистом, которому доверялись дела государственной важности.

Капитан Дренякин
Группа офицеров и нижних чинов Л.-Гв.Измайловского полка.(А.М. Дренякин в центре отдает честь)
Составил и писал А.И. Гебенс (1819-1888) в 1853 г.
Пожалована Государем Императором 11 апреля 1854 г. Хранилась в музее Л.-Гв. Измайловского полка.

Александр Дренякин в 1852 г., «согласно желания», отправлен на фронт с назначением командиром роты «Его величества», в 1853 г. награжден орденом Святого Владимира 4 степени. Спустя еще два года, с назначением «состоять при особе Его Величества», возвращен с фронта. В 1855 г. он отмечен орденом Святого Владимира 3 степени, а в апреле 1856 г. назначен командиром лейб-гренадерского Екатеринославского его Величества полка с оставлением звания флигель - адъютанта. В 1860 г. ему присвоено звание генерал-майора с назначением в свиту императора с оставлением в пехоте при отдельном Гренадерском корпусе.
Дренякин А.М
Генерал-майор А.М.Дренякин (фото из коллекции М.Селиванова г.Москва)
Личность Александра Дренякина неоднозначна в оценках его современников. После отмены крепостного права в 1861 г. он возглавил войска, направленные правительством на усмирение волнения крестьян в Пензенской губернии, центром которых стала деревня Кандеевка. И хотя конфликт был локализован, при этом погибло 8 человек, в либерально настроенных кругах действия такого рода вызвали негативную реакцию. Герцен А.И. в своей революционной газете «Колокол», издававшейся в Лондоне, опубликовал статью «Храбрый Дренякин». Правительством же за это он был награжден орденом Святого Станислава 1 степени с формулировкой «во воздаяние благоразумных распоряжений к восстановлению порядка между волновавшимися крестьянами Пензенской губернии». Спустя много лет воспоминания о тех событиях в 1885 г. Александр Максимович опубликовал в журнале «Русская старина», где подробно и, как кажется, достаточно объективно осветил причины своих действий.
с.Кандеевка
Гродненский губернатор
В сентябре 1861 г. генерал-майор Дренякин получил новое назначение – губернатором в Гродно. Исполнять обязанности он прибыл с плохой славою душителя крестьянского восстания, по слухам расстрелявший тысячи недовольных. Политическая обстановка в то время в губернии была напряжена, в крае почти безраздельно господствовали представители польских католических кругов, которые стремились освободиться от власти России, а коренное белорусское население представляло собой в большинстве крестьянские массы, без интеллигенции и буржуазии. Первым шагом губернатора, как и следовало ожидать от военного человека, и человека с репутацией «сильной руки», стал осмотр войск, что произвело громадное впечатление на местных жителей.
По оценке историка Е. Орловского, новый губернатор «в управлении губернией … выказал много энергии и административного таланта». Если верить историку, это был «человек твердый и энергичный, всякие польские демонстрации подавлял с твердой последовательностью». Польский гродненский историк Ю. Ю. Иодковский назвал его «полякоедом». По словам современника «…этот губернатор… старался и потом быть как можно больше на глазах у всех; часто разъезжал по губернии, и всегда без всяких особых предосторожностей, а в губернском городе повседневно ходил один-одинехонек и иногда, по вечерам, захаживал даже в «цукерни», особенно же одну, в которую собирались люди немалопричастные к мятежным замыслам…».
А посту губернатора Александр Дренякин пробыл недолго, в марте 1862 г. был переведен в Петербург в Министерство внутренних дел, здесь он возглавил 1-й округ корпуса жандармов с оставлением в свите императора, был награжден орденом Святой Анны 1 степени.
В 1863 году обстановка в северо-западном крае России обострилась, политические неблагоприятные прогнозы Дренякина подтвердились – сюда перекинулось восстание, начавшееся в Царстве Польском и имевшее целью восстановление Речи Посполитой. Для наведения порядка виленским, гродненским и минским генерал-губернатором, а также главным начальником Витебской и Могилёвской губерний был назначен генерал от инфантерии Михаил Николаевич Муравьёв. Это был участник Отечественной войны 1812 г., видный государственный деятель, неоднократно стоявший во главе губерний, в том числе и Курской (1835-1839г.), и зарекомендовавший себя там как непримиримый борец с недоимками и «лихоимством».
После прибытия Муравьёва в бунтующий край, им был предпринят ряд энергичных, хорошо обдуманных мер, начав с подбора кадров, он сумел привлечь наиболее эффективных управленцев. В их число попал и Александр Дренякин, в 1864 г. для исполнения «особых поручений» он переехал в Вильно (современный Вильнюс). Здесь в 1866 г., при прошествии нескольких лет после службы губернатором, он написал «ответ на замечания генерал-губернатора Казимова», сделанные ему в 1862 г., ставшие для него «нечаянными открытиями». Документ этот, названный им «Моим внукам», содержит описания сложных моментов деятельности его на посту губернатора и указаны причины скорой отставки. Мотив, побудивший написать этот «ответ», он указал сам – «не более, как только в назидание моим внучатам, чтобы они были честными и знали бы, что ПРАВДА, доколе так сказать, не возьмет свое, большей частью подвергается самым тяжелым истязаниям. И в тех видах, чтобы будущий историк не приписал гродненскому губернатору 1861-1862 г. Дренякину незнания своего дела, беспечности и в тяжкую для Отечества годину – бездействия, которое могли принимать за измену».
Дальнейшая служба Александра Максимовича проходила, в основном, в Виленском военном округе, здесь он был награжден орденом Святой Анны с императорской короною, а в апреле 1867 г. произведен в генерал-лейтенанты. С 1878 г. он нес службу в Одесском военном округе, а с мая 1880 г. – в Харьковском военном округе, при этом с 30 июля по 1 ноября 1880 г. исполнял обязанности командующего войсками округа.
Семья и творческая деятельность
Александр Дренякин был женат на Анне Павловне, дочери генерал-лейтенанта Павла Петровича Годеина, у них была единственная дочь Мария, родившаяся 28 января 1842 г. А в 1880 г. Александр Максимович удочерил воспитанницу, незаконнорожденную Софию, для чего он лично обратился к Императору. По именному Высочайшему указу, собственноручно подписанному 30 ноября 1880 г. Александром ІІ, было дозволено воспитаннице «принять фамилию воспитателя и пользоваться правами его состояния, но без права наследования в родовом имуществе», Софья была внесена во 2-ю часть родословной книги Курской губернии.
Владел он в 1852 г. нераздельно с братом и матерью родовым поместьем в селе Иванове Белгородского уезда, 1400 десятинами земли и 134 душами крестьян, а за матерью Марией Петровной числилась благоприобретенная усадьба в Белгородском уезде, 19 десятин земли и 9 душ крестьян. Жена Анна Павловна имела в Санкт-Петербургской губернии Петергофском уезде мызу с деревьями, 4000 деятин. земли и 350 душ крестьян, а в Царском селе – деревянный дом. В 1880 г. в имуществе числится «за ним 35 десятин земли», а за матерью – 79 десятин земли в Белгородском уезде и деревянный дом в Белгороде.
В своей жизни Александр Максимович не ограничился только исполнением военной и гражданской служб, еще в юном возрасте он написал «Краткую историю лейб-гвардии Измайловского полка», вышедшую в 1830 г. в Военной типографии Главного штаба Санкт-Петербурга.
Обложка

Спустя почти 20 лет он выпустил в свет «Историческое описание церквей лейб-гвардии Измайловского полка. 1730-1850», изданное в типографии Главного управления путей сообщения и публичных зданий в 1851 г., за что ему высочайше был пожалован бриллиантовый перстень.
История церквей
Находясь на службе в Вильно, он был принят 23 апреля 1867 г. Северо-Западным отделением Русского географического общества в его члены. Общество это, учрежденное в 1845 г., имело огромное значение в изучении страны и ее отдаленных окраин. В 1880-90 гг. он неоднократно печатался в журнале «Русская старина», который пользовался большим успехом. Публикации представляли собой, в основном, воспоминания его прошедших военных лет. Есть среди них и небольшой очерк о своем умершем отце Максиме Дренякине, благодаря которому мы знаем о нем – достойном и заслуженном воине нашего Отечества.
Еще через много лет в 1883 г. вышла в свет из Харьковской типографии окружного штаба еще одна его работа под названием «Ратным товарищам. Фуражировка за Вислой в Польскую кампанию 1831 г.», написанная в Белгороде в 1877 г., в предисловии он объяснил причины ее написания - «…в предостережении юных ратных товарищей от непроизводительной гибели – попасть в список без вести пропавших».
Фуражировка за Вислой
«Белгород с уездом»
И, наконец, четвертое самое известное его издание – историко-статистический очерк «Белгород с уездом», вышедшее годом раньше в 1882 г. в той же типографии окружного штаба в Харькове, эпиграфом к которому послужили слова Грибоедова «И дым Отечества нам сладок и приятен». Этот, в общем, необъемный труд, но впервые изданный в таком формате, дает довольно полную картину уездного Белгорода и его уезда конца XІX века и его истории.
Белгород с уездом
Для оказания помощи в напечатании этого очерка автор обращался с заявлением в Белгородскую городскую думу. Городская дума, под председательством городского головы С.М.Лямцева, 22 апреля 1882 г. «слушала заявление Его Превосходительства Александра Максимовича Дренякина об отпуске ему 300 рублей из городских средств на изготовление в печать составленного им Историко-Статистического очерка с рисунками и планом г. Белгорода и его уезда, с получением от него в пользу города 300 экземпляров его сочинения, как только он будет отпечатан». Решение думы было положительное – «принимая с большим сочувствием патриотическое предложение…», было определено выделить необходимые средства «из городских сумм… или позаимствовать из местного общественного банка, впредь до распродажи имеющих получиться экземпляров…».
С резкой критикой издания «Белгород с уездом» в 1883 г. была опубликована статья крупнейшего киевского университетского историка Антоновича В. Б. в журнале «Киевская старина». Автора обвиняли в компиляции работы Архимандрита Анатолия «Белгород и его святыня», в не раскрытии темы слободских полков, подверглась критике и статистическая часть очерка. Надо сказать, что Александр Максимович не был историком и надпись на недавно установленном памятном знаке во дворе школы № 15 «Дренякин Александр Максимович – военный историк» не соответствует действительности. Скорее он любил свою малую родину и хотел оставить для потомков хоть малую частичку известной ему на тот момент ее истории. Издание этого очерка было составлено в формате многочисленных в то время изданий «Памятных книг», «Списков чинам» или «Историй полков» и не претендовало на серьезное историческое исследование.
Автор критической статьи Антонович происходил из польского рода и воспитывался в традициях польской культуры, но в конце 1861 г. под его руководством стал действовать студенческий кружок «Громада» – распространитель идей о возможности восстановления Малороссии. Это, естественно, вызвало негативную реакцию со стороны властей и послужило поводом для проверок представителей движения на благонадежность. А.М. Дренякин в эти же годы был на другом полюсе политической борьбы – в составе следственной комиссии 3-го управления под председательством князя Голицына, созданной для производства дознаний о распространении противоправительственных воззваний, а в 1868 г. возглавлял следственную комиссию по политическим делам в Вильно. Поэтому критика киевского историка, известного своими либеральными политическими взглядами, скорее относилась к самой личности автора, чем к его работе.
В 1887 г. в «Русской старине» была также опубликована небольшая критическая заметка об этом очерке, вышедшем повторно в дополненном варианте. Заметку написала писательница Белозерская Н.А. (урожденная Ген), известная своими историческими трудами и являющаяся другом и помощником известного историка Н.И. Костомарова. Вот ее оценка – «…польза историко-статистических исследований отдельных местностей России достаточно очевидна, а тем более в данном случае, в виду того важного стратегического значения, какое имел Белгород (нынешний уездный город Курской губернии) для наших предков…». При этом автор заметки отметила, что статистические таблицы за 1881-82 гг., помещенные в книге, «…составленные за один год, едва ли могут иметь большое значение и привести к каким либо выводам». После 130 лет этот очерк, став библиографической редкостью, стал ценным источником, а таблицы представляют собой своеобразный исторический «срез» статистических данных конца XІX века. Современные историки, краеведы, студенты и школьники обращаются к нему как заслуженному авторитету.
Автограф А.М.Дренякина
Автограф А.М.Дренякина. Дарственная надпись С.С.Бутурлину(http://www.hrono.ru/biograf/bio_b/buturlin_ss.html)
Последние годы жизни Александр Максимович, вероятно, провел в родном городе как почти все представители этой военной династии. Последняя его публикация в «Русской старине» относится к 1891 г., а написана она в Белгороде. Скончался он в 1894 г., жена его Анна Павловна умерла в нашем городе, о чем свидетельствует запись в метрической книге Владимирской церкви за 1900 г.

Метрическая книга
Запись в метрической книге Владимирской церкви г.Белгорода о смерти жены А.М.Дренякина 1900г.
А.М. Дренякин, родившийся и проживший свою жизнь в XІX в. – веке глобальных перемен в устоях России, всю свою жизнь посвятил, как и его предки, военной службе своему Отечеству, оставаясь верным ему до конца. И какая бы не была дана оценка его современниками, личность этого человека интересна, а имя достойно уважения и памяти.

Александр Лимаров
Елена Кривцова

Авторы выражают благодарность
Юлии  Патлань (Украина, г. Киев)
за помощь в поиске документов.

А так же сотрудникам отдела краеведения
Белгородской государственной универсальной
научной библиотеки.
Александр, не понял подписи к картинке "с лошадью":
"Группа офицеров и нижних чинов Л.-Гв.Измайловского полка.(А.М. Дренякин в центре отдает честь)
Составил и писал А.И. Гебенс (1819-1888) в 1853 г.
Пожалована Государем Императором 11 апреля 1854 г. Хранилась в музее Л.-Гв. Измайловского полка."


Так и надо, или какой-то косяк в оформление проскочил?

Это картина А.Гебенса, написанная в 1853 г., в скобках даты его жизни. Ну и информация о том ,что картина была пожалована царем.
Я полностью процитировал источник, а там почему то так было написано " составил и писал".Интересно, что известны все фамилии изображенных на картине.
может, потому и "составленная", что в "кадр" художника попали именно конкретные (загодя установленные начальством :) ) люди?

Кстати, а где Дренякины в Белгороде жили, не известно? (Раз папаша был похоронен у Вознесенской церкви - т.е., получается, был её прихожанином - значит где-то на Песках? А Александр, если его жена не поменяла место жительства после смерти мужа - вблизи Владимирского храма?)
Где жили Дренякины понять можно, но где какие(имена) пока нет. В Песках матери А.М. Дренякина принадлежала земля, возможно поэтому надгробие оказалось там. С датой смерти А.М. Дренякина чехарда началась еще в конце XIX века. Интересно, что сохранились метрические книги 1894 г. Владимирской церкви, но записи о его смерти там нет. Поэтому место захоронения это пока загадка. К тому же дата 1894 приведена из печатного источника начала XX века, а документального архивного подтверждения нет. Загадок еще хватает, но работа продолжается...